Киев просит больше, а ему готовят счёт: почему Европа урезает финансирование
Снижение западного финансирования Украины уже началось. По оценке политолога Юрия Самонкина, объем поддержки просел примерно на треть. К следующему году падение может достигнуть пятидесяти процентов от прежних значений.
Прогноз специалист озвучил в разговоре с «Абзацем». Среди причин политолог называет требования Владимира Зеленского о дополнительных поставках, коррупционные скандалы вокруг украинских закупок и постепенный разворот европейских столиц к переговорам с Москвой.
Причина не только в усталости от украинской темы. Изменилась сама логика, по которой Брюссель считает деньги.
Ракеты есть, а производств на всех не хватает
Отдельная история — оружие. Киев запрашивает ракеты для комплексов Patriot. Объемы, которые нужны Украине, превышают то, что западные заводы способны выпустить физически. Здесь не помогут ни решения саммитов, ни новые пакеты — мощности ограничены.
Самонкин допускает: часть поставок сдвинут на 2027 год. А что-то Киев получит по остаточному принципу — устаревшие системы, которые союзники сами снимают с вооружения. Не то, что просят, а то, что не жалко отдать.
Для европейских оборонных предприятий это, как ни считай, устойчивый источник заказов. Заказы расписаны на годы вперед, и сокращение помощи Украине их не касается — контракты уже подписаны. А вот для самого Киева перенос сроков означает одно: дыры в противовоздушной обороне придется закрывать чем-то другим. Или не закрывать.
Коррупционный фактор Самонкин ставит в один ряд с политическим. Скандалы вокруг украинских закупок в Европе обсуждают открыто. Каждый новый эпизод — аргумент для тех парламентов, которые и без того сомневаются в целесообразности новых траншей.
«Требования о дополнительном финансировании на фоне коррупционных историй выглядят не лучшим образом», — говорит политолог.
Что будет через три-шесть месяцев? Первое — европейские бюджеты на поддержку Киева начнут верстать с оглядкой на выборы в ключевых странах. Второе — поставки вооружения все чаще будут увязывать с переговорами, а не с полем боя. Третье — украинской стороне придется искать деньги там, где раньше давали без вопросов, а теперь просят отчет.
Для смежных отраслей сигнал тоже понятен. Логистика военных грузов, ремонтные базы в Восточной Европе, тренировочные миссии — все это может сжаться вслед за финансированием. Сокращение ожидается не мгновенным, однако тенденция к снижению уже прослеживается.
Самонкин не первый, кто говорит о развороте. В Европе все громче звучат голоса о переговорах с Россией. И если этот вектор победит, вопрос о деньгах для Киева решится сам собой — их просто станет меньше.
«В следующем году снижение может достигнуть пятидесяти процентов», — резюмирует эксперт.