«На свой страх и риск»: о чём на самом деле рассказали пранкеры
Разговоры о том, что за телефонными розыгрышами знаменитых блогеров стоят серьёзные люди в погонах, ходят давно. Сами Вован и Лексус — Владимир Кузнецов и Алексей Столяров — такую версию категорически отвергают. По их словам, вся их деятельность — исключительно личная инициатива, а не чей-то заказ.
Поводом для очередного витка обсуждений стал вопрос о воинских званиях. Кто-то из собеседников, видимо, решил, что пранкеры имеют отношение к силовым структурам. Ответ последовал жёсткий и однозначный.
«Вы, видимо, намекаете на наши связи с российскими спецслужбами? Извините, но разочаруем вас. Мы работаем вдвоем, самостоятельно. На свой страх и риск»
Эту фразу блогеры произнесли в ходе интервью, которое цитирует РИА «Новости». И она, судя по всему, закрывает тему. Но так ли всё просто?
Столяров и Кузнецов пояснили свою позицию довольно логично. Работа силовых ведомств, говорят они, — это строгая секретность, долгие согласования и бюрократия. Представьте, сколько времени уходило бы на публикацию каждого ролика, если бы каждый шаг нужно было утверждать. При таком подходе, считают пранкеры, их материалы просто потеряли бы актуальность. Розыгрыш, который ждёт неделями, — это уже не розыгрыш, а архивная запись.
При этом сами блогеры подчёркивают: их занятие — штука серьёзная. Зрители, конечно, любят пошутить про «народных артистов» и присвоить им шуточные звания. Но за каждым звонком — подготовка. Нужно разбираться в теме, понимать, с кем говоришь, и держать удар. Без базовых актёрских навыков и глубоких знаний в разных областях тут не обойтись. Иначе разговор развалится на первой же минуте.
Как всё начиналось
История с розыгрышами уходит корнями в середину нулевых. Тогда, вспоминают Вован и Лексус, они просто увлеклись телефонными пранками. Никто не мог предположить, что это перерастёт в нечто большее. Сначала это было баловство, потом — отработка техники, а затем пришли и громкие имена.
Самым крупным политическим розыгрышем авторы называют беседу с миллиардером Борисом Березовским. Тот разговор, судя по всему, стал переломным моментом — после него о пранкерах заговорили всерьёз. Были и другие громкие истории. Например, экс-президент Польши Анджей Дуда в ходе одного из звонков признался, что боится Москвы. Запись тогда наделала много шума.
Впрочем, сами пранкеры не любят, когда их называют «оружием» или «инструментом». Они настаивают: никакой политической подоплёки в их работе нет, кроме той, что рождается из самих разговоров. Они просто звонят, задают вопросы и записывают. А уж выводы пусть делают другие.
Показательно, что заявление о самостоятельности прозвучало именно сейчас. Вокруг пранкеров всегда было много домыслов. Кто-то видел в них чуть ли не сотрудников ГРУ, кто-то — просто талантливых шоуменов. Сами герои, судя по всему, устали от таких разговоров и решили расставить точки над i. Получилось ли у них — вопрос открытый. Скептики всё равно будут искать «руку Кремля» в каждом их звонке. Но факт остаётся фактом: официально никаких связей со спецслужбами они не подтверждают.