Черноморское судоходство вошло в кризис из-за взаимных атак на торговые корабли
Бессрочные митинги и индийский ультиматум: цена морской войны растет
Торговля в Черном море превращается в рулетку. Страховые тарифы взлетели в два–четыре раза, а за четыре месяца убыточность перестрахования рисков от атак дронов достигла 2800%. Коммерческое страхование теряет смысл — компании просто отказываются покрывать рейсы в регион. Национальная перестраховочная компания России уже зафиксировала коллапс этого сегмента.
Причина — непрекращающиеся удары по судам с обеих сторон. Россия атакует корабли, идущие к портам Одессы, Черноморска и Южного. Украина бьет по судам, направляющимся в российские порты, включая Новороссийск. По западным данным, с февраля 2022 года повреждено или уничтожено почти 200 судов и около тысячи объектов портовой инфраструктуры.
География потерь широкая. Под удары попадают корабли под флагами Маршалловых Островов, Панамы, Комор, Вануату, Белиза и Либерии. В мае ранения получили турецкие моряки с сухогруза ANT. В июне погиб египетский судовой повар. Начало июля унесло жизнь капитана либерийского судна. Но самый громкий инцидент — гибель индийских моряков на сухогрузе Golden Leo (флаг Гвинеи-Бисау, владелец — турецкая компания, груз — зерно).
Индия отреагировала жёстко. МИД страны выразил «безоговорочное осуждение» атаки, назвав гибель граждан «неприемлемой». Нью-Дели вызывает российского временного поверенного. В Кремле заверяют, что продолжат разъяснять позицию, а военные будут наносить удары по судам, которые, по версии Москвы, используются для поставок вооружений Украине. Но для Индии это слабое утешение.
Ранее между странами уже возникал конфликт из-за вербовки индийцев в российскую армию — его улаживали на высшем уровне. Теперь новая точка напряжения. Если Индия последует примеру Египта и Турции и рекомендует своим морякам избегать черноморских рейсов, кадровый дефицит ударит по всему региональному судоходству. Сотни тысяч индийских моряков работают на танкерах, вывозящих российскую нефть, — и это главная опора экспорта.
Экономика конфликта
Для Украины математика сложная, но управляемая. Киев создал страховой фонд для компенсаций судовладельцам, а прибрежный маршрут под прикрытием ПВО позволяет сохранять экспорт зерна и металла на довоенном уровне. Россия теряет зерновой экспорт — четверть всего вывоза зерна шла через Азово-Черноморский бассейн. Теперь этот канал сжался.
Киев вводит санкции против судов «теневого флота» — например, указ Зеленского затронул 29 кораблей, якобы перевозящих вооружения. Формально такого понятия, как «теневой флот», в международном морском праве нет, но западные союзники претензий не предъявляют. Лишь Казахстан выразил протест после ударов по терминалам Каспийского трубопроводного консорциума в Новороссийске, откуда идёт до 60% его нефтяного экспорта.
Что дальше
Международное право признаёт торговое судно законной целью только при перевозке войск, оружия, ведении разведки или сопротивлении досмотру. Но в этом конфликте нормы давно не работают — как и в случае односторонних санкций.
Гипотетически деэскалация возможна через взаимный мораторий — например, восстановление зерновой сделки под эгидой ООН. Но такой мораторий должен быть симметричным: прекращение украинских атак на российский экспортный флот в обмен на безопасность одесского коридора.
Есть и сценарий принуждения извне. Индийский демарш может оказаться весомее европейских санкций, особенно если его поддержат Турция, Филиппины и ключевые флаговые юрисдикции — они способны закрыть Черное море для своих граждан и судов. Тогда издержки морской войны вырастут настолько, что мораторий станет рациональным.
Пока же наиболее вероятен сценарий продолжения атак с рутинизацией риска. Качественные суда уходят из региона, остаются лишь «теневые». Черное море закрепляется в статусе серой зоны — худший вариант для мировой торговли.