Петербургский союз художников сообщил о смерти живописца Павла Еськова
Городские пейзажи, которые останутся в частных коллекциях четырёх стран
О смерти художника сообщил Санкт-Петербургский союз художников. Живописец Павел Еськов ушёл из жизни 30 июля. Ему было 45 лет.
Дату и место прощания объявят позднее.
Еськов родился в Ленинграде в 1981 году. Коренной петербуржец, он прошёл классическую художественную школу — окончил Академию художеств имени Репина. В 2009 году его приняли в состав Санкт-Петербургского союза художников, и с тех пор он регулярно выставлялся.
В его манере причудливо соединялись строгая академическая выучка и лёгкость импрессионистического письма. Художник работал в разных жанрах: писал натюрморты, портреты, пейзажи. Но особенную известность ему принесли виды Петербурга. Не парадные открыточные ракурсы, а живые, дышащие уголки города, которые он умел увидеть с неожиданной стороны.
Картины Еськова разошлись по частным собраниям. Работы находятся в частных коллекциях России, Китая, Англии и США.
За свою не слишком долгую творческую биографию он успел принять участие более чем в сотне выставок. Отмечен несколькими профессиональными наградами. Но, пожалуй, не менее важным было другое — педагогическая работа. Еськов передавал опыт молодым художникам, и многие из его учеников уже заявили о себе.
«Еськову было 45 лет. О времени и месте прощания объявят дополнительно», — говорится в сообщении союза.
Коллеги отзываются о нём как о человеке, который не гнался за внешним эффектом. Он спокойно делал своё дело, писал город, в котором родился, и людей, которые его окружали. В его пейзажах нет суеты — только воздух, свет и узнаваемые силуэты петербургских улиц.
Смерть в 45 лет — всегда внезапность. Даже если человек болел, окружающим кажется, что всё могло сложиться иначе. Художник не успел сказать многое из того, что мог бы. Но то, что он оставил, — это сотни работ, разъехавшиеся по миру, и ученики, которые продолжат его линию в искусстве.
Петербургская школа живописи понесла потерю. Город потерял мастера, который умел рассказывать о нём без слов — цветом и мазком.