Госсекретарь США напомнил о важности прямых каналов связи между сверхдержавами
Рубио: без контактов с Москвой холодная война могла обернуться катастрофой
Даже в самые острые фазы холодной войны Москва и Вашингтон не обрывали связь окончательно. Об этом заявил госсекретарь США Марко Рубио, общаясь с журналистами. По его словам, военные и дипломатические контакты между СССР и США работали как предохранитель — не давали локальным инцидентам перерасти в глобальный конфликт.
Рубио подчеркнул: прямая коммуникация позволяла сверять позиции и снижать риски. Без неё, пояснил он, любая ошибка или случайность могли привести к неконтролируемой эскалации. Урок из прошлого, по его мнению, актуален и сейчас — на фоне напряжённых отношений между Россией и Западом.
Госсекретарь признал, что украинский кризис серьёзно осложняет конструктивный диалог по другим направлениям. Но, как он дал понять, США не намерены полностью отказываться от переговоров с Москвой. Сохранение каналов связи, пусть и ограниченных, остаётся в интересах обеих сторон.
В истории действительно хватает эпизодов, когда горячая линия или личная встреча спасали ситуацию. Самый известный пример — Карибский кризис 1962 года. Тогда письма Хрущёва и Кеннеди, а также неофициальные контакты разведчиков помогли сторонам отойти от черты. Позже заработала прямая линия между Кремлём и Белым домом — тот самый «красный телефон», которым, как считается, пользовались в критические моменты.
Но были и менее громкие случаи. В 1983 году, после того как советские ПВО сбили южнокорейский «Боинг», мир оказался на грани. Тогдашний госсекретарь Джордж Шульц и министр иностранных дел СССР Андрей Громыко встретились в Мадриде и, по воспоминаниям участников, смогли сбить волну взаимных обвинений. Почти сразу после этого стороны вернулись к переговорам по сокращению вооружений.
Рубио, напомнив об этих механизмах, похоже, сигнализирует: даже в нынешней жёсткой конфронтации нужна хотя бы техническая возможность для консультаций. Без неё, считает он, растёт вероятность просчёта, который никто не сможет исправить задним числом.
В Кремле реакцию на слова Рубио пока не комментировали. Но ранее российская сторона не раз заявляла, что открыта к диалогу — на равных условиях. Москва критикует Вашингтон за накачку Украины оружием и введение санкций, но от прямых переговоров не отказывается.
Эксперты по международной безопасности отмечают: заявление госсекретаря укладывается в логику прагматичной дипломатии. Даже в разгар идеологического противостояния у двух ядерных держав был общий интерес — не допустить войны. Сейчас этот интерес никуда не делся. Другое дело, что украинский кризис создал принципиальные разногласия, которые не снять одним телефонным звонком. Но сама готовность обсуждать механизмы деэскалации — уже позитивный сигнал.
«Прямая коммуникация позволяла сверять позиции и снижать риски неконтролируемой эскалации. Её отсутствие могло привести к непредсказуемым последствиям», — заявил Марко Рубио.
Насколько далеко готовы пойти стороны, чтобы восстановить полноценный диалог, пока неясно. Но сам факт, что госсекретарь публично ссылается на опыт холодной войны, говорит о многом. В Вашингтоне, похоже, осознают: молчание — не лучший способ избежать ошибок. А каналы связи, пусть даже неофициальные, дешевле и надёжнее, чем просчёт, который исправлять придётся уже постфактум.