Елена Борщева вспомнила, как узнала о страшной аварии мужа в канун Нового года
«Молитесь, чтобы был жив»: звонок врача, истерика и выход на сцену через несколько часов
История, которую артистка рассказала в своём Telegram-канале, произошла больше двадцати лет назад. Но детали она помнит до сих пор — вплоть до минуты, когда раздался тот самый звонок.
31 декабря в семь вечера у Елены зазвонил телефон. На экране высветился номер Валерия. Трубку взял не он. Голос на том конце провода представился врачом скорой помощи и сообщил страшное: Юшкевич попал в серьёзную аварию, вылетел на встречную полосу, подозрение на черепно-мозговую травму. И добавил фразу, которая до сих пор звучит в голове артистки: «Молитесь, чтобы был жив».
В тот момент Борщева находилась в Москве. Её возлюбленный уехал в Белоруссию встречать праздник с семьёй. А сама Елена готовилась к выступлению на корпоративе вместе с командой КВН «Сборная Пятигорска». До выхода на сцену оставалось несколько часов.
Истерика началась сразу после звонка. Коллеги пытались успокоить артистку, но мысли о том, что происходит в больнице за сотни километров, не отпускали. Тем не менее выступление состоялось. Борщева вышла к зрителям и смешила людей, хотя внутри у неё всё разрывалось на части.
Сразу после корпоратива она поехала к Юшкевичу. Врачи, к счастью, ошиблись в худших опасениях — черепно-мозговая травма не подтвердилась. Через несколько дней Валерия выписали. А вскоре пара сыграла свадьбу.
Эта история могла закончиться совсем иначе. Но, как говорится, всё обошлось. И сейчас, оглядываясь назад, Борщева вспоминает тот вечер как один из самых страшных в своей жизни.
Пара познакомилась в 2004 году. Уже через год они поженились. В браке родились две дочери — Марта и Ума. Юшкевич, чемпион по бодибилдингу, и сейчас внимательно следит за формой супруги. По словам артистки, она регулярно встаёт на весы и старается не есть после семи вечера.
Сама Борщева признаётся: тот новогодний вечер научил её ценить каждую минуту рядом с близкими. И хотя с тех пор прошло много лет, она до сих пор вздрагивает, когда слышит слово «лобовое».