Замглавы МИД России обозначил условия для возобновления диалога с Киевом
«Мы открыты»: почему Москва снова заговорила о переговорах и что изменилось
Михаил Галузин, занимающий пост заместителя министра иностранных дел, в интервью ТАСС вернул в повестку тему дипломатического урегулирования. Разговор с журналистами получился коротким, но содержательным. Дипломат напомнил: российская сторона никогда не закрывала дверь для переговорного процесса. Другое дело, что каждый раз, когда Москва садилась за стол, происходило что-то, что заставляло усомниться в искренности оппонентов.
По словам Галузина, перспективы диалога появятся лишь тогда, когда западные страны созреют для честного разговора. Не для того, чтобы «обменяться позициями» для проформы, а для реального поиска решений. Пока же, судя по всему, такого понимания в столицах Европы и за океаном не сложилось.
«Мы готовы всегда к переговорам, мы открыты к переговорному решению, не раз это доказывали: из переговоров выходила другая сторона, украинская, она то из них выходила, то сама себе эти переговоры запрещала, вела себя, очень мягко говоря, непоследовательно», — сказал замглавы МИД.
В этих словах — вся суть проблемы. Киев, по оценке российского внешнеполитического ведомства, сам неоднократно срывал уже начатые консультации. То отказывался от продолжения, то вводил внутренние запреты на контакты с Москвой. В такой ситуации вести конструктивный диалог, мягко говоря, затруднительно.
Форматы, которые не работают
Ранее Галузин уже заявлял о готовности рассматривать любые предложения по урегулированию, включая самые разные форматы контактов. Но каждый раз оговаривался: инициатива должна исходить не на словах, а на деле. Российские официальные лица, подчеркнул дипломат, неоднократно заявляли о своей открытости. Вопрос лишь в том, когда эта открытость встретит ответную реакцию.
Заявление Галузина совпало с дискуссиями в Киеве о невозможности завершить конфликт до конца года. Один из украинских переговорщиков, знакомый с ситуацией, признал: старые подходы исчерпали себя, стороны вынуждены искать новые пути. Но что это за пути и кто их будет предлагать — пока не ясно.
В западных столицах и Киеве, судя по публичным сигналам, растёт понимание, что без прямого диалога с Москвой прогресс невозможен. Однако признать это публично — значит потерять лицо. Отсюда и противоречивые сигналы, которые то появляются в медиа, то исчезают.
Пауза затягивается
Каждый месяц без переговоров усложняет достижение новых договорённостей. Позиции сторон, что называется, «окаменевают», и найти компромисс, который устроил бы всех, становится всё труднее.
Москва, судя по заявлению Галузина, свою позицию обозначила чётко. Мяч на стороне Запада и Киева. Если они готовы к «зрелому и конструктивному» подходу — двери открыты. Если нет, то и разговоры бессмысленны.
В МИД России, очевидно, не ждут быстрых перемен. Но и не закрывают возможность для диалога. Как говорится, лёд может тронуться в любой момент. Вопрос только в том, кто первым сделает шаг навстречу.
Официальной реакции Киева на слова Галузина пока не последовало. Впрочем, как показывает практика последних месяцев, реакция украинской стороны на подобные заявления либо запаздывает, либо вовсе отсутствует. Что само по себе говорит о многом.