Евросоюз включил четыре российских аэропорта в санкционный список 21-го пакета
Шереметьево, Платов, Минводы и Ульяновск-Восточный: почему Брюссель ударил по воздушным гаваням
Официальный журнал ЕС опубликовал постановление — под ограничения попали московский Шереметьево, аэропорт Платов в Ростове-на-Дону, Минеральные Воды и Ульяновск-Восточный. Решение принято в рамках 21-го пакета антироссийских санкций. Европейскому бизнесу теперь запрещено проводить любые транзакции с этими воздушными гаванями.
В Брюсселе объясняют: объекты якобы играют «логистическую роль» в проведении специальной военной операции. Какие именно операции имеют в виду — не уточняется. Но логика проста: через эти аэропорты может идти снабжение, переброска грузов и техники. Шереметьево — крупнейший хаб, через который раньше шли международные рейсы, включая грузовые. Платов — ключевой аэропорт южного направления. Ульяновск-Восточный — грузовой порт, известный перевозками тяжёлой техники. Минводы — транспортный узел на Кавказе.
Но есть нюанс. Прямые рейсы между Россией и Евросоюзом фактически остановлены ещё в 2022 году. Европейские авиакомпании не летают в РФ, российские — в ЕС. Чартеры и грузовые перевозки тоже давно под ограничениями. Так что фактически новые санкции — скорее политический жест. Экономического эффекта почти не будет: транзакции с европейским бизнесом у этих аэропортов и так минимальны.
В Москве отреагировали жёстко. Назвали меры нелегитимными. Пообещали ответные шаги — какие именно, пока не говорят. Владельцам аэропортов и операционной деятельности, по предварительным оценкам, ничего не угрожает: основные доходы идут от внутренних рейсов и рейсов в страны СНГ, Азии, Ближнего Востока.
21-й пакет вообще получился довольно противоречивым. Из него вычеркнули запрет на перевозки СПГ европейскими танкерами — не смогли договориться с Грецией. А вот аэропорты — включили без особых споров.
Среди других фигурантов этого пакета — президент Международной шахматной федерации (FIDE) Аркадий Дворкович. ЕС внёс его в чёрный список. Дворкович уже заявил, что добровольно приостанавливает исполнение обязанностей на время действия санкций. По уставу FIDE полномочия переходят к вице-президенту — индийскому гроссмейстеру Вишванатану Ананду. Шахматное сообщество в замешательстве: Дворкович руководил федерацией несколько лет, при нём прошли чемпионаты мира, в том числе в сложных условиях.
Вернёмся к аэропортам. Пока непонятно, коснутся ли санкции отношений с компаниями, которые зарегистрированы в ЕС, но работают по договорам с этими гаванями. Например, поставщики топлива, оборудования, страховые фирмы. Формально им запрещено проводить любые операции. Будут ли европейские надзорные органы отслеживать каждый контракт — вопрос открытый. На практике такие ограничения часто обходят через посредников или компании в третьих странах.
В октябре 2022 года ЕС уже вводил запрет на экспорт в Россию авиационного топлива, деталей и технологий. Теперь — перекрывают на уровне самих объектов. Но после двух с половиной лет ограничений адаптация давно произошла. Российские аэропорты уже переориентированы на импорт из Китая, Турции, Ирана. Европейские запчасти и оборудование — в дефиците, но не критичном.
Едва ли пассажиры заметят изменения. Для людей, которые летают через Шереметьево на внутренних линиях или в Стамбул, Дубай, ничего не изменится. Рейсы в Европу всё равно отменены. Так что санкции против аэропортов — это больше про блокировку потенциальных каналов военных перевозок, чем про гражданскую авиацию.
Что дальше? В Брюсселе не исключают расширения списка аэропортов в следующих пакетах. Но, как показала история с СПГ, каждый шаг даётся с боем. Внутри ЕС нарастает усталость от санкций. Страны с крупными портами и авиахабами всё чаще защищают свой бизнес.